Еврейский квартал в Венеции: история одной поэтессы, опередившей свое время



Слово «гетто» придумали в Венеции, хотя первое еврейское гетто в Европе было совсем в другом месте — в немецком Франкфурте. Ghèto означает «литейный цех». Он и находился на месте нынешнего венецианского гетто. Евреи работали в Венеции столетиями, но иметь постоянный вид на жительство они не могли. В 1516 Сенат санкционировал создание еврейского квартала. В этом смысле Венеция с ее торговым прагматизмом была не такой антисемитской по духу, как другие страны.

Венеция приняла евреев лишь частично. Они не только были отделены от остального мира воротами гетто, которые на ночь запирались на ключ. Евреи должны были отличаться от христиан и своей одеждой. Им предписывалось носить желтые колпаки. Черные шляпы разрешалось носить лишь еврейским врачам, в виде исключения.

Постепенно гетто разрасталось. В основном ввысь, из-за недостатка места. Сюда стекались евреи со всей Европы, и гетто стало, в определенном смысле, культурной гаванью. Здесь создавались общины и синагоги. Здесь печаталось множество книг на иврите. Здесь же появился литературный салон, в который захаживали как иудеи, так и христиане. Что удивительно, центром этого кружка была женщина. Сара Копио Суллам. Поэтесса, цитируемая современниками и потомками, она вошла во все возможные антологии итальянской поэзии.

Между замужней Сарой и на тот момент уже удалившемся в монастырь писателем завязалась переписка, не лишенная чувственных обертонов.

О Саре Копио Суллам известно немного. Ее жизнь была полна предательств и горечи. Она слишком выделялась, слишком амбициозно конкурировала с мужчинами. Она была непростительно умна и интеллектуальна. Для женщины 17 века это было сколь необычно, столь же и опасно.

Сара Копио Суллам родилась в семье богатого сефардского купца, знала древнегреческий, латынь и иврит, начала публиковать свои стихи, будучи очень юной. Считается, что она была весьма хороша собой. Однажды она прочла пьесу «Эсфирь», написанную Ансальдо Чеба, и написала ему восторженное письмо. В нем она поведала, что его книга понравилась ей настолько сильно, что она не расстается с нею даже, когда спит. Между замужней Сарой и писателем, на тот момент уже удалившемся в монастырь, завязалась переписка, не лишенная чувственных обертонов. Однако, в основном они обменивались сонетами, рисунками и подарками. Ансальдо часто уговаривал ее принять христианство. Сара вежливо позволяла ему молиться об этом. В одном из писем Ансальдо намекал ей, что чувствует, что они – две половины, которые могли бы стать «парой», как две буквы «п» в ее имени. Будь она христианкой… После этого Сара, чье имя первоначально писалось Коппио, стала писать свое имя с одной «п».

Сара была окружена поклонниками ее поэтических экзерсисов. Многие известные в Венеции литераторы давали ей уроки, собирались в ее доме. Она оказывала им финансовую поддержку. Поэт Нумидио Палуцци учил ее латыни. Писатель и раввин Леон Модена посвятил ей пьесу. Одним из людей, крутившихся около нее, был Бальтазаре Бонифачио. Поэт и священник. Проведя два года за интеллектуальными беседами в ее гостиной, он опубликовал трактат «О бессмертии души», в котором утверждал, что Сара не верит в эту доктрину. Это был предательский удар в спину. Разразился скандал. Отрицать бессмертие души считалось преступной ересью как в иудаизме, так и в христианстве. Обвинение было настолько серьезным, что могло привести на суд инквизиции. Сара приняла вызов. За два дня она сочинила манифест в свою защиту, в котором, цитируя Старый и Новый завет, Данте и Аристотеля, остроумно и метко оспорила тезисы Бонифачио. В эту книгу она включила и четыре своих сонета.

Свой «Манифест» Сара выслала и Ансальдо Чеба, но в ответ не услышала ни слова поддержки. Он написал ей лишь спустя семь месяцев. О том, что сожалеет, что она так и не приняла христианство. Тон Ансальдо становился все более холодным. Они стали реже обмениваться письмами. Тем не менее, он обратился в генуэзское издательство с намерением опубликовать их переписку. Предательство друга стало еще одним болезненным ударом для Сары. Она приложила немало усилий, чтобы помешать изданию, но книга все же вышла после смерти Ансальдо. Письма Сары в ней опубликованы не были. Вероятно, после ее вмешательства.

История отношений Сары и Ансальдо немного напоминает историю французской писательницы Симоны де Бовуар и американского писателя Нельсона Олгрена. В 20 веке женщины отвоевали себе больше свободы. Хоть Симона и была связана крепкими партнерскими узами с Жаном Полем Сартром, объектом ее романтических увлечений и эротических фантазий становились совершенно другие люди. По части прогрессивной полигамии не отставал и Сартр. Знакомство Симоны с Олгреном вылилось в многолетний роман. В основном эпистолярный. Они переписывались с разной интенсивностью в течение 14 лет. Однако, в отличие от Сары и Ансальдо, они все же были знакомы. И более того, иногда позволяли себе хоть и нечастые, но очень теплые, романтические встречи по ту или иную сторону Атлантики. Их переписку Олгрен не публиковал. Зато свои мемуары издала Симона и выслала книгу Нельсону. Он воспринял написанное в штыки и прекратил общение с Симоной раз и навсегда.

На поэтические чтения, чтобы почтить память поэтессы, которая опередила свое время, съедутся поэты и интеллектуалы со всего мира.

В марте 2016 еврейскому гетто Венеции исполнится 500 лет. По случаю годовщины планируется множество мероприятий. Выставка во дворце дожей «Венеция, евреи и Европа: 1516-2016» будет открыта в июне, а 26 июля главная площадь гетто будет превращена в театральные подмостки, где будут давать «Венецианского купца» Шекспира. Не забыли и о Саре Копио Суллам. На поэтические чтения, чтобы почтить память поэтессы, которая опередила свое время, съедутся поэты и интеллектуалы со всего мира. «Манифест Сары Копио Суллам, еврейской женщины, в котором она отвергает ложные обвинения Бальтазаре Бонифачио в том, что она отрицает бессмертие души» был в свое время издан и спас Сару от суда инквизиции. Это единственное ее сочинение, дошедшее до нас.

еврейское гетто венеция

еврейское гетто венеция
Фото венецианского гетто Totaltravelcult.

Интересное на эту тему

Кики с Монпарнаса: любимица Парижа

Алиса Эрнестина Прен, которая вошла в историю как ...

Вонг Карвай и Уильям Чанг: великие мастера

За костюмный департамент Карвая неизменно отвечает...

Комментируйте, регистрация не требуется!

Добавить комментарий

Свежие записи





YOOX